Связующая нить родства

Родилась она вторым ребенком, после брата Мансура, в семье Валеева Миннигарея, работавшего заведующим фермой не существующей ныне деревни Байков Тарказинского сельсовета.

Шел октябрь 1927 года. Были позади революция 1917 года, разруха, гражданская война, после которых постепенно устанавливалась устойчивая, стабильная жизнь на селе.

Друг за другом появились на свет еще четверо детей: Голжихан, Сайма, Вазих, Бибижихан. Фатима, голубоглазая, светловолосая, была любимицей отца. Ничто не предвещало беды. Однако в 1940 году, заразившись  бруцеллёзом от больных колхозных коров, мать Хадича,  оставив шестерых детей,  в возрасте 34 года ушла в мир иной. Фатиме – 13 лет, брату Вазиху – четыре, младшей Бибижихан – два года.

С этих пор Фатима, как одна из старших детей, собрав волю в кулак и глотая слезы, возложила на себя всю ответственность за жизнь, здоровье  родных и несла этот груз до конца своих дней.

Понимая, что одному не справиться с воспитанием детей, Миннигарей привел в дом Таузиху, через год родился сын  Фанис, седьмой ребенок в семье.

Жизнь продолжалась…. Но июнь 1941 года перечеркнул все.

Война  не щадила никого, пришлось Миннигарею, оставив молодую Таузиху с шестью детьми и проводив старшего сына Мансура на войну, уехать по призыву в трудовую армию в Челябинскую область.

Там и встретил красавицу-башкирочку, отчаянную санитарку Рабигу, мать их будущих четверых детей. А чтобы быть честным перед Всевышним и односельчанами, смог приехать, разорвать никах с Таузихой.

Фатиме, 15-16-летней девчонке, тоже пришлось на себе испытать все тяготы «трудармии» при суконном комбинате в пос.Нижнетроицком. Днем пекла хлеб для рабочих, сторожила вещи, пока взрослые были на лесозаготовках, а ночью спала в обнимку с мешками хлеба, чтобы никто не украл. От этого хлеба зависела хотя бы чуть сытая жизнь земляков, с которыми ее определили в одну бригаду.

С тех пор у нее сложилось особенное отношение к хлебу, к каждой его крошке, как к самому ценному, святому на земле. Она не признавала никакие «модные» ржаные и другие виды хлеба. Только белый хлеб! И муку для выпечки признавала только высшего сорта, называла «сайка». Ее хлеб, пироги, выпечка славились особым вкусом. Процесс выпечки хлеба превращался в целый ритуал: и молитва, и разговор «по душам» с хлебным тестом, и слова благодарности Всевышнему за  пропитание. Живя в такой большой семье с мачехой-башкиркой, она научилась всем тонкостям татаро-башкирской кухни. Тут  корот (сушеный и вязкий), и куе катык (когда ложка «стоит» в катыке из цельного молока), буза, бавырсак и чак-чак, топленое сливочное масло с красным творогом,  вишней,  яблоками, кипяченная сметана, сыр, катык с красной свеклой, все у нее получалось.

До сих пор вспоминают ее блюда механизаторы из с.Тарказы в далекие 80-е годы командированные зимой на вывозку соломы, сена с полей д.Чулпан на фермы с.Тарказы. Фатима по просьбе бригадира готовила им обеды у себя дома, и, конечно же,  «горячительные» сто грамм домашнего изготовления, настоянные на  индийском чае и лавровом листе (зима, холод, это тоже было нужно).

Сколько бы я не просила ее  научить меня секретам выпечки ржаного хлеба,  она ворчала и говорила: «Не проси, не хочу вспоминать эти тяжелые, голодные, холодные времена, когда кроме черного ржаного хлеба не было никакой еды!»

Пришлось ей еще девчонкой работать и конюхом. Не боялась никаких лошадей, могла на скаку коня остановить и любого запрячь. Символично, что именно 9 мая 1945 года, выгружая семена из вагонов на разъезде Ик с.Исламбахты, из проходящих поездов услышала про Победу и верхом, без седла на своей любимой лошади по кличке Катя летела, потеряв платок на ветру, и первая сообщила в деревне, что война закончилась.

После потери на войне старшего брата Мансура, 1925 года рождения, и дяди Гафиятуллы Валеева, брата отца (оба пропали без вести) у нее были свои счеты с войной. Каждый новый день начинала с молитвы, просьбы Всевышнему, благодарности за мирное небо над головой, без войн для всего мира, государства нашего. И говорила нам: не та беда страшна, что на голову конкретного человека, а страшна беда на весь мир, на наше государство. На татарском звучит красиво: «Башка килгән бәлә, бәлә түгел, ил башына килмәсен!»

До глубокой старости надеялась на чудо, что «раз нет документов о смерти, кто-нибудь да из ушедших на войну родни объявится живым или  дадут знать о себе их дети.

Хотя, в конце 60-х годов пришло письмо от пионеров из Украины о месте захоронения старшего брата Мансура, с приглашением на открытие памятника воинам в Сумскую область, Дубовязовский район, д.Кохановка.

И гордилась им, когда дети-школьники в книге Ихсанова А.С. прочитали про героический подвиг Мансура-пулеметчика, служившего в 112-кавалерийской дивизии генерала Миннигали Шаймура-това. В книге в групповом фото узнала Мансура с тальянкой и радовалась, что брат-герой. Тогда в каждой семье Валеевых была эта книга («На огненных копытах» (на русском), «Чакма тояк атларда» (на башкирском), но не дошедшая до нас, ее и в библиотеках-то нет.

А место захоронения дяди Гафиятуллы Валеева пропавшего без вести в сентябре 1942, члена ВКПБ, призванного на войну Башвоенкоматом из Уфы в феврале 1942 г. так и не узнали, сколько бы не искали.

Когда Миннигарей вместе с Рабигой вернулся из трудармии в д.Байков, у них друг за другом родились  дети: Дистан, Асылгарей, Фануза, Марван. Семья разрослась, а ведь  шли послевоенные голодные годы, когда нелегко было всех прокормить.

С горечью вспоминала эти годы свекровь, когда двух сестер – Голжихан и Сайму пришлось отдать под опеку в другую семью… И радовалась, что новая семья обеспечила их всем. Это были Назаровы – Зиннур Шайхуллович и Фатима-апа. Они, услышав про многодетную семью Валеевых, в которой десять детей, решили им помочь. Хвала им и почет,  добрая память и место в раю. Свекровь их боготворила, считая  самыми добрыми, лучшими на земле, ведь сестренки не голодали.

А в конце 1950 года ее сосватали за только что вернувшегося, бравого, стройного моряка – Хурмата Гатиятовича Габидуллина. Он был призван  в 1942 году, служил на Дальнем Востоке, участник войны с Японией. А ей, красивой, озорной, двадцать три.  В ноябре 1951 года родился их первенец – Халит,  далее  в 1953 – Насима, в 1955 – Зарима,  в 1957 году –  младший Рамис.

И завертелась семейная жизнь, не из самых легких: тяжелый труд на овцеферме, летом, осенью – на свекловичном поле, муж – бригадир, агроном, чабан. Но всегда впереди, лучше всех: и дом свой, и первыми в совхозе в 1971 году купили машину «Жигули», и двор полон живности, и детей смогли обучить, дать им образование, сыграть свадьбу всем четверым.

И все это рухнуло в декабре 1978 года, когда совхозный племенной бык на куски разорвал Хурмата. Свекрови тогда был 51 год. Но не сдалась, не упала. Привыкшая бороться, выживать, еще 32 года жила у себя дома, берегла родной очаг для детей, внуков, создавая уют и тепло, радуя нас. И всегда надеялась, верила, молилась, что Всевышний  поможет ей, поддержит, не бросит в трудную минуту. Зная с детства от глубоко верующей бабушки всю великую силу, сущность  ислама, день начинала и завершала молитвой во имя Аллаха Всемогущего. И в последние секунды своей земной жизни успела произнести слова благодарности Богу и младшему сыну Рамису, который всегда был рядом.

Как старшая из рода Валеевых, всю свою сознательную, долгую жизнь она поддерживала самые близкие, теплые отношения со всеми родными сестрами и братьями.

В 1955 году от сердечного приступа умер ее отец Миннигарей. И его супруга Рабига-инэй после пожара, устроенного одним из сыновей, оставшись без мужа, жилья, решила уехать к себе на родину – с.Аргаяш Челябинской области. Казалось бы, далеко. Но любовь, родственные связи не прервались: это и юбилеи, и свадьбы детей, внуков, и похороны. Эта дружба продолжается и сейчас.

А свекровь гордилась челябинской родней, что они не потерялись, не растеряли чувства любви к  родне, выучились, стали уважаемыми жителями Челябинской области: старший Дистан работал прорабом в крупнейшем в области совхозе «Байрамгуловский», жена Райса-енгей – учительницей. Младший Марван там же работал главным зоотехником, жена Насима-енгей – медицинским работником. Фануза работала секретарем в райкоме партии и в местной администрации. Асылгарей умер рано, в автоаварии. Но свекровь всегда знала про его детей, жену.

Гордилась, что их дети, все получив образование, сейчас живут по всей Челябинской области: юристы, преподаватели музыки, врачи, учителя и предприниматели.

Но основным стимулом, ее гордостью, конечно же, были свои четверо детей, дождалась она и внуков, и правнуков.

Старший сын Халит,  проработав бригадиром взрывников до пенсии на Соколово-Сарбайском руднике в г.Рудный, уважаемый гражданин Казахстана, получивший из рук президента Назарбаева государственную награду и грант.

Дочь Насима, в юности окончив Чекмагушевское кулинарное училище, проработала по своей специальности, прошла путь от рядового повара до руководителя крупного предприятия общепита в г.Рудный Казахстана.

Дочь Зарима живет в г.Абдулино – пример трудолюбия с юности. Потеряв мужа, не сдалась, достроила дом, живет рядом с сыном, внучками. А про младшенького, всем  известного баяниста Рамиса Хурматовича можно писать бесконечно.

Теперь их внуки приезжают из Челябинска, Казахстана на могилы предков в д.Байков и д.Чулпан, читают суры из Корана, посвятив их душам ушедших, и в этом большом списке номер один – моя свекровь Габидуллина (Валеева) Фатима Миннигареевна.

Мы с супругом приняли у нее эстафету, взяв в руки связующую нить родства поколений.

Представители родословной Валеевых проживают не только во всей  России (Челябинская, Свердловская, Оренбургская области, Башкирия, Татария), но и в Казахстане, Мексике, Иордании.

За 36 лет совместной с ней жизни я не переставала удивляться глубине ее душевного богатства, ума, мудрости, уровню знаний основ ислама. Имея всего-то три класса образования, она была грамотнее, умнее нас. Она не очерствела душой, не ожесточилась, хотя жизнь у нее была не сладкой.

Последние  четыре года своей жизни, живя в семье младшего сына Рамиса, незрячая, находясь временами в беспамятстве, в своих мыслях возвращалась в д.Байков, в пору своей юности. Вслух, громко рассказывала, что вода в реке Ик теплая, как она плавает, ловит рыбу, а иногда, всхлипывая, расстраивалась, что любимая ее лошадь по кличке Машка утонула в реке и чем же она за нее заплатит.

То затягивала грустные мелодии времен юности, то веселые частушки (по 20 куплетов), посвященные Сталину, Ленину, советской власти, и звучал ее грудной, красивый, мелодичный голос как память об ушедшей счастливой эпохе. То вспоминала свою любимую тальянку и резко, очнувшись, спрашивала: “Спокойно ли в мире, нет ли войны?”

Ушла она в холодный декабрьский вечер 2014 года, тихо, беззвучно в 87 лет. Сил громко говорить не было, взяв наши с Рамисом руки, долго, долго тянула слово “рәхмәт”, дав понять, что это большое спасибо... И ровно через шесть лет призвала к себе любимого, младшенького сына.

А я благодарна тебе, моя свекровь, Фатима Миннигареевна, за уроки мудрости, уроки жизни, что ты нам преподала и была в моей жизни. И, самое главное – спасибо тебе за сына, супруга моего. Так важно  успеть сказать главные слова, пока все живы... Но увы... Иногда  это некогда. А потом – поздно.

Я уверена, что она из другого мира помогает нам своими молитвами, беспокоится за нас, защищает мою семью: детей, внуков и меня. И говорю я ей в своих молитвах: спи спокойно, моя свекровь, твое место – в раю. А мы продолжим то, ради чего ты жила, наши дети, внуки знают про тебя, про род Валеевых и передадут эту связующую нить в руки  следующих поколений.

Зиля ГАБИДУЛЛИНА, с.Ермекеево.