Они несли в себе дух Великой Победы

Многие из них сложили головы в первые часы, дни и месяцы войны. А уцелевшим в этом огненном аду предстоял долгий путь к Победе. Пройдя через горнило самой кровопролитной войны, они отстояли наше право на жизнь. Это были люди особого сорта, особой закалки. На их примере, несших в себе дух Победы, выросло не одно поколение. И нынче, когда страна снова проходит через серьезные испытания, когда возрос спрос на патриотизм и героями дня сегодняшнего становятся нынешние защитники Отечества, мы вновь обращаемся к великому подвигу наших дедов и прадедов. Поэтому и тема, поднятая автором данной статьи Дамиром Раяновым, приобретает особую актуальность.

Мне  почему-то с детства  интересна тема войны.  Помню: старался не пропускать ни одного фильма о войне, часами мог слушать всё, что говорили на эту тему. Ещё совсем маленьким  знал, что у меня был старший брат, который погиб на войне. Я не верил в это. Ждал его. Было обидно, когда дома о нём говорили в прошедшем времени. Часто представлял себе, как открывается калитка. Входит мужчина в военной форме, при орденах и восклицает: «Ну, ничего себе ты вырос, братишка!» Помню, так и не решил тогда, как буду вести себя.... Брошусь ли ему на шею или же забегу домой и с порога на весь дом во весь голос закричу: «Он вернулся! Говорил же вам, а вы  не верили». А когда лягу спать, он обязательно подойдёт ко мне и почти шёпотом скажет: «Спасибо тебе, братишка! Я  бы ни за что  не выжил, если бы ты меня так сильно не ждал!» О боже, какое счастливое время!

Но время бежит очень быстро. Становишься взрослее, и чудес в жизни становится всё меньше и меньше. Узнаёшь и осознаёшь, что означают слова «война», «похоронка». А время безжалостно стирает с памяти  детские мечты, забирая  самое дорогое — надежду. Но всё равно иногда  кажется, что  слышу  голос старшего брата. Наверное, я вырос быстро. Что-то внутри мне подсказывает где-то на уровне подсознания: задержись я в детстве подольше,  кто знает, может, я брата и дождался бы…

Прошла очередная годовщина Победы над фашистской Германией. Такое чувство, что при всей пышности празднования, она теряет  значимость. Почему? Ведь праздник большой, великий. Без всякого сомнения номер один для послевоенного поколения. Часто сравнивал праздник сегодняшний и полувековой давности. Разные ощущения. Грешным делом всё списывал на возраст. Но... Не могут быт и сознание того времени соответствовать сегодняшнему. И возраст тут абсолютно ни при чём. Много раз, когда учился в институте, работал в школе,  приходилось говорить и писать об итогах войны. Как каждый патриот  страны и времени, в котором  жил, повторял официально утверждённый штамп, который можно прочитать в любом учебнике истории: «Победа показала преимущество социализма, непоколебимый дух советского народа. Страна в трудный момент сплотилась вокруг партии». По сей день не отказываюсь ни от одного утверждения. Но сегодня  уверен, что главное значение Победы в другом. Война эта и победа в ней изменили мировоззрение людей, имели огромное влияние на весь послевоенный уклад жизни, установив особые отношения между людьми в последующие двадцать, тридцать лет.  Вот что сегодня поставил бы на первое место по важности и значимости. Вот что нужно было сберечь в первую очередь. Что, к великому сожалению, сделать мы не сумели. Вылечить последствия  войны было нельзя. Это невосполнимые людские потери. Нужно было время, чтобы хотя бы притупилась  боль. Задела  война всех по-разному, каждого отдельно взятого. Кто-то не дождался кого-то. Кто-то никого не дождался. А иногда было так, что и дожидаться было некому. Погибали не только на войне. Но надо было как-то жить, не отчаиваться, не озлобиться, не потерять веру. Всё измеряли понятием «до и после войны». Время это было ужасное, невосполнимых потерь и в то же время счастливых от Великой Победы. Сложившаяся реальность по кирпичикам складывала отношения между людьми. Надо заметить: разница в возрасте у участников была очень существенная. Кого-то призывали на фронт в восемнадцать,  кого-то в пятьдесят.  Фронтовые тяготы и лишения, ранения по-разному отражались на людях. Что даётся относительно легко в двадцать лет, в пятьдесят требует определённых усилий. А смертельный бой, который предполагал, что убьёшь ты или убьют тебя, не допускал даже теоретически снисхождения на возраст. Надо было всё забыть, не обращать внимания на возраст, не жалеть себя и наравне со всеми «грызть землю».  Так и делали. Потому и выжили. Имели право. Цена победы была у каждого своя. Одному ему известная. Но те, кому было за сорок, то есть бойцы опытные, понимали в этой войне больше. У кого-то за плечами была Финская война, а у кого-то и Первая мировая. Они оберегали безусых юнцов от необдуманных поступков.  А те, кому было восемнадцать, двадцать,  понимали, что где-то далеко, а может быть совсем рядом воюют их отцы. Трудно им. Трудно всем. Но им труднее. Именно здесь, на поле брани, в окопах под пулями родилось чувство уважения  друг к  другу. И те, кто выжил, после победы увезли это чувство в свой город, село, деревню.

Законы войны неумолимы. Не всем удалось вернуться с полей сражений. Слава им на века. Вечная память. Но говорить сегодня  хочу о тех, кому повезло вернуться живыми. Они несли в себе дух этой войны и Великой Победы. А многие из них напоминание о войне несли в себе в прямом смысле. Без рук, без ног, обгорелые. Некоторые носили в себе пули и осколки. И в последующем именно по этим причинам война догоняла и забирала своих участников. Многие не дожили даже до нашего рождения, прожив два или три года после Победы. Но, думаю, они всё равно чувствовали себя более счастливыми. Повезло им больше хотя бы относительно тех, кто остался лежать на поле боя.

День  Победы. Лет 50-60 назад этот праздник проходил совсем по-другому. Большое количество ветеранов, ещё относительно молодых, при медалях, орденах собирались в Доме культуры села. Собрания, торжества, поздравительные речи. В круглые даты вручение юбилейных медалей участникам войны и  труженикам тыла. Это были не виртуальные люди. Это были наши деды и отцы, что было предметом нашей особой гордости. Праздник мог пройти по разному сценарию. Но вот, на мой взгляд, что не менялось из года в год, это боевые сто грамм после праздника. Понятно, что это условность. Кто бы посмел осуждать их в этот день! А у нас, пацанов, задача была удачно попасть на посиделки ветеранов, ибо вечером, изрядно захмелев, они говорили о войне. Такое ощущение, как будто сам праздничный день их обязывал. Фронтовые байки лились рекой. На нас особого внимания не обращали. Насколько помню, слушали мы  молча, затаив дыхание, чтобы не нарваться с каким-то глупым вопросом и быть удалённым. Это был не ширпотреб из книг или из газет. Это был рассказ живых участников. Рассказы в корне отличались от тех, что мы читали в книгах или видели в кино. Это была другая война. Никто перед смертью не кричал о любви к Родине и партии. Шли в атаку, стреляли, мечтали добежать до следующего бугра, укрытия. Видели, как разрывало снарядом рядом бегущих.  Как падали, сражённые пулями друзья, умирали в мучениях. А те, кому повезло, радовались, что остались в живых в этом аду. Ни разу не слышал разговор о наградах.  Потому, что самой высшей наградой было то, что они выжили. После праздника ветераны, изрядно уставшие,  добирались до постели. А  во сне война продолжалась до утра. Стреляли, продолжали идти в атаку. Осмелюсь утверждать, что такое или похожее происходило во многих послевоенных семьях, где были фронтовики. Особенно в тех, кому довелось воевать от начала до конца. Готов поклониться до земли каждому ветерану, который воевал хоть один день. Понимаю, что для многих первый единственный бой был и последним.

Мой  отец – участник  Гражданской и Великой Отечественной войн.  Причём, прошёл их с начала  до конца. Соответственно, и война в ночных баталиях поначалу у нас была какая-то смешанная. Вечером начинали воевать с Петлюрой, потом гонялись за батькой Махно, а под утро, если не повезло как-то уснуть, вместе с отцом героически отбивали очередную атаку немецких фашистов. Поэтому  совсем не удивительно, что первая песня, изученная мной на русском языке, была легендарная «Катюша». А как пел её мой отец,  тема для особого разговора. Слух идеальный. Но вот знание  русского языка — вопрос очень большой и спорный. Поэтому, когда он пел эту песню, что-то очень похожее на «Катюшу» звучало в первых двух строках. А дальше простой набор фраз, звуков, слов. Но надо заметить, строго под мотив песни. Под мотив «Катюши» мог спеть «Тёмную ночь» и наоборот. Жаль, что всё это нельзя было записать. Но атмосфера... Потрясающая. Было ощущение непосредственного участия. Иногда думал, как бы раненым не проснуться. В  этой шутке есть что-то такое, что сформировало во мне отношение не только к фронтовикам, а всему тому, что происходило при их участии.

Как уже говорил, прошедшая война негласно установила правила отношений между людьми. Те, кто воевал, независимо от возраста относились друг к другу с большим уважением. Такое же отношение было со стороны остальных сельчан. Чествовали участников войны в основном в День Победы. В другие дни работали. Дел было много. Страну нужно было восстанавливать из руин. Они и с этим справились на «отлично». Трудились  за себя и за тех, кто не вернулся. И ещё, люди, особенно фронтовики,  ценили проявление уважения.

Разговоры, беседы велись в особом, уважительном тоне. Почтенно, что ли. Всё это не только было, а признавалось людьми с благодарностью. Как слушали старших, как к ним обращались! Это было нормой поведения. Не хочу идеализировать то время! Но факт хамства или любого другого поступка учителя и родители могли и старались использовать в воспитательных целях. Вот, мол, смотрите и запомните, как это выглядит отвратительно. Постарайтесь сделать всё, чтобы не стать такими.

Проходят годы. Возраст заставляет смотреть на  те или иные эпизоды жизни  совсем по-другому. На первый взгляд непримечательные события приобретают  глубокий смысл, а иногда даже важное  значение. Может кому-то покажется, что пример неудачен. Но мной двигало желание показать эти особые отношения на бытовом уровне.

Обычный  летний день   середины   60-70-х годов прошлого столетия. Более радостным он был для моего отца. По той простой причине, что, наконец, набрав необходимую сумму заначки,  направился в магазин за вином. Что соответственно, сами понимаете, предполагало хорошее настроение по крайней мере в ближайшее время и душевный подъём. Но на прилавке была бутылка более дорогая. Что тут поделаешь? В глубине души презирая судьбу за  вопиющую несправедливость в отношении себя, отец постоял, помялся и пошёл к выходу. Попросить недостающие деньги у кого-то было совсем неудобно, учитывая его возраст на тот момент. Тут один из трёх молодых мужчин, покупавших водку, обратился к отцу:

– Абый,  меня не узнаёшь? Я сын того-то. Вы часто бывали у нас дома, когда был жив отец.

– Как же, как же, друзьями были с твоим отцом. Война проклятая. Вернулся живым. Но костлявая догнала его. А тебя помню, сынок. Но очень маленького. Вас же много было маленьких. К большому сожалению, не могу сказать,  который из них был ты.

– Да, абый. Что говорить. Время летит быстро. Идёмте с нами.  Попробуем решить вашу проблему.

Рядом с магазином была пожарка. Зашли, сели за стол, налил молодой человек грамм сто и протянул отцу:

– Поправь, абый, здоровье!

Отец не заставил себя уговаривать. Затем, поблагодарив своих новоиспечённых друзей, довольный, встал и направился к выходу (пора и честь знать). Но мужчина остановил его:

– Погоди, абый, пусть организм примет угощение.

Пошла непринуждённая беседа. Младший  налил ещё грамм сто. Друзья щедроугостителя были, конечно, недовольны. Отец, человек далеко не глупый,  видел и понимал недовольство его друзей. Но мужчина настоял на своём, успокоил друзей.

– Сколько не хватило-то на вино, абый?

– Да совсем немного. Мелочь.

Мужчина отсчитал деньги и проводил отца, пожелав здоровья.

А отец купил бутылку вина и обратно. Ну как же! Такая возможность отблагодарить друзей за столь щедрое угощение. Но отказались ребята:

– Абый, спасибо тебе, конечно, большое. Понимаем, что от чистого сердца. Но мешать вино и водку, прямо скажем,  не лучшая идея. А ты, абый, сохрани его на похмелье. Тебе надолго хватит.

Об этом эпизоде  может быть  и не вспомнил бы, если бы событие не имело продолжения. На мой взгляд, интересного.

Прошло несколько месяцев. Выпал снег. А с этого времени и до весны отец  катал валенки. Причём отменные. Специалистом был очень высокого класса. Занимался этим всю жизнь, выучившись  ремеслу ещё в далёком детстве, ещё до революции. И надо сказать, очередь иногда составлялась на месяц, полтора вперёд. Очень часто и на всю зиму.

В один из зимних вечеров заходит в дом мужчина. Как оказалось потом, именно тот, кто угостил отца летом. Но как принято в таких случаях? Представляться же надо.

– Абый, я сын того-то. Вы часто бывали у нас дома, когда был жив отец.

Отец прервал его:

– Знаю тебя, сынок. Что привело тебя ко мне?

– Абый,  понимаю, что возраст и всё такое. Всё же очень прошу, не смог бы  скатать валенки детям и жене. А если и мне, то  не знаю, абый, как  меня осчастливишь. Сразу скажу: за ценой не постою. Потому что знаю не понаслышке, что представляют из себя твои валенки.

Хочу заметить, отец к этому времени заказы на большие валенки не брал. Силы физической нужно было много. А ещё больше выносливости. Потому в основном катал детские размеры. И когда он с лёгкостью согласился на этот заказ, мы удивились. Особенно мама. В отличие от нас она очень хорошо знала цену этому труду. Но настоящее удивление было потом, когда были готовы четыре пары валенок. Поблагодарив за товар, выразив неподдельный искренний восторг качеству, мужчина задал вопрос:

– Абый, сколько я должен за всё это добро?

Вопрос вполне себе логичный. Ответ отца сразил меня наповал:

– Нисколько, сынок! Это как бы  мой подарок. Помнишь, сынок, летом на пожарке …

И следующие полчаса все с упоением слушали душевный рассказ отца о том, что гость, несмотря на недовольство своих друзей, всё-таки поправил его здоровье, добавил к тому же недостающую сумму, оказав этим неслыханное уважение и честь возрасту старика.

– Да ладно, абый! Неужто запомнил такую мелочь?

– Нет, сынок! Это совсем не мелочь! Как можно такое забыть! Я ведь и сегодня, сынок, могу повторить те слова, которые ты сказал своим друзьям: «Мужики, стойте! Он отвоевал эти сто грамм кровью и потом. Не убудет от нас! У нас что, последние деньги? Успокойтесь!».

– Мне тогда было немного стыдно, сынок! Нет, нет, не от угощения! От того, что я, старик, не мог удержать слёзы. И отец у тебя, родной, был достойным человеком! Да… Война проклятая. Он бы гордился тобой! Скажу так, сынок. По сравнению с тем, что я испытал тогда летом, четыре пары валенок это «тьфу». Был бы помоложе, и вовсе бы проблем не было. Возраст. И никуда уже от него не деться.

 А дальше был долгий сокровенный разговор за чашкой чая. В кои-то веки встретились две родственные души. Вот такие были отношения между людьми, таковы были нравы.

С тех пор прошло совсем немного времени. Не более полувека. Для истории страны время совсем небольшое. Всё изменилось до неузнаваемости. Всего того, о чём  писал выше, уже нет. Людей тех нет. Другие пришли. Соответственно ценности другие. Почему всё так? Не хочу сегодня и сейчас говорить об этом. Это тема для особого, более тщательного размышления и анализа. Хочу лишь сказать, что бытует такое мнение: «Забудете эту войну, ждите следующую!». Вот о чём речь. Мне кажется, что начали забывать. Страшновато становится.  И всё-таки  не хотел бы заканчивать размышления на эту тему на этой грустной ноте. И пусть то, что скажу дальше, прозвучит не совсем логично на фоне того, что  уже сказал чуть раньше. Но всё-таки хочу сказать, что верю в лучшее. И что-то  подсказывает… Чтобы наступило лучшее время для страны, нужно время (прошу прощения за тавтологию). И такое время наступило. Другими должны стать люди. И такими они становятся. Как сказал классик, большое видится на расстоянии. Уверен, что они увидят это большое. Ответят на вопрос. Укажут на ошибки. И когда им скажут, что дети наше будущее,  воспримут это уже не как лозунг, а как руководство к действию. Помните восточную мудрость: «Планируешь на год – сажай рис.  Планируешь  на десять лет – сажай деревья. Планируешь на сто лет и более – воспитывай детей». С понимания, а самое главное с претворения в жизнь этих слов начнётся следующая эпоха. Придёт уверенность, а с ней вера и воля для великих свершений. Вот тогда начнут рождаться дети. Много детей. Только в этом спасение. Пусть откроются школы и снова переполняются классы, в том числе и в моей деревне. Пусть будет детей так же много, как и в моём детстве. Пусть учатся в переполненных классах, пусть не всегда хорошо. Пусть  покажутся вам иногда непослушными и неблагодарными. И не всегда будут соглашаться с вашими правильными доводами. Пусть надоедают вам вопросами: зачем и почему. Пусть до утра поют серенады под вашими окнами вашим внучкам, не давая вам спать. Будьте снисходительны, бабушки и дедушки того счастливого времени. Пусть это время только настанет. Пусть, как и мы, бомбят огороды, рогаткой и мячом разбивают окна. Пусть  влюбляются и страдают. Всё это пройдёт. Пусть  будут в меру непослушными. Но пусть они только будут.

 

От редакции.

Дети Раяновых Забихуллы и Миннигали высоко несли и несут честь своих отцов, дедов и прадедов. Каждый нашёл своё место в жизни. Есть среди них орденоносцы, заслуженные работники различных отраслей хозяйств страны. Честь им и хвала! Значит, не зря сражались за нашу землю Раяновы, защитили от иноземного нашествия.

 

О герое данного повествования.

Раянов Забихулла Раянович родился в 1899 году в селе Абдулкаримово. Два года обучался в сельской школе. С 12 лет долгие зимние месяцы проводил в окрестных чувашских и мордовских сёлах, обучаясь у местных мастеров пимокатному делу. Стал отличным валяльщиком. В 1919-1921 годах сражался на фронтах Гражданской войны против Деникина и Махно на Украине. Награждён карманными часами.

До начала Великой Отечественной войны трудился на колхозных полях, на ферме. С началом Великой Отечественной войны оказался на фронте. Много раз был ранен. Вернулся в родное  село летом 1945 года. До выхода на пенсию – разнорабочий в колхозе имени Салавата. Зимой катал валенки. Слыл в округе отличным мастером. Награждён медалями «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» (09.05.1945), «За взятие Берлина» (09.06.1946). Отец восьмерых детей.

 

Раянов Зайнулла Забихуллович, 1924 года рождения, старший брат автора рассказа Дамира Забихулловича, по официальной версии пропал без вести в мае 1942 года. Сослуживец, очевидец его гибели, сообщил родителям Зайнуллы, что бойца разорвало на куски прямым попаданием снаряда. Похоронили недалеко от поля боя.

 

Племянник Забихуллы Раяновича Раянов Минигали Мавлиханович, 1912 года рождения, с 1943 по 1945 годы воевал на фронтах Великой Отечественной войны в составе гвардейского зенитного дивизиона воздушно-десантной бригады. Награждён орденом Отечественной войны 2-й степени (1985), Медалями «За взятие Вены» (09.06.1945), «За победу над Германией» (09.05.1945), «За боевые заслуги», Медалью Жукова, «За доблестный труд в Великой Отечественной войне». Включён в пофамильный список ветеранов республики. Отец пятерых детей.